Новости Публикации Научные открытия Консультации Файлы ОбъявленияМКБ-10 Реклама Контакты Вход Мобильная версия

Истории красноярских медиков, переехавших в Израиль и США

Мы часто делимся с вами историями из жизни красноярских врачей. О жизни заграничных врачей мы знаем только по сериалам вроде «Доктора Хауса» или «Клиники», из которых можно сделать вывод, что медработники ночуют на работе и зарабатывают баснословные деньги, летая на личных бизнес-джетах. Мы нашли красноярцев, которые уехали из страны и связали свою жизнь с медициной. Они рассказали нам о главных отличиях заграничной медицины от российской, уровне своих зарплат и о том, через что им пришлось пройти, чтобы надеть белый халат и начать работать.

Борис Бриль, Тель-Авив, Израиль

— С 1995 по 2001 год я учился на лечфаке в Красноярской медицинской академии, с первого курса работал в БСМП: сначала санитаром, потом медбратом, потом дежурил рядом с хирургами в приемном отделении. Окончив 6 курсов, я сразу уехал в Израиль по программе репатриации как еврей.

Здесь мне нужно было подтвердить лицензию, для этого я сдавал экзамен. Он был очень сложный и представлял собой тест из 220 вопросов; к счастью, была возможность отвечать на русском языке. Необходимо было подтвердить свои знания в терапии, гинекологии, психиатрии, хирургии, педиатрии. Всего на экзамене было 500 человек, каждый сидел за отдельным столом. Свои знания я подтвердил и устроился на работу. Теперь каждые два года нужно подтверждать квалификацию.

Теоретические знания по сравнению с теми, что давали в России, очень отличаются, нет учебы по методичкам, только учебники на английском языке от проверенных мировых источников. Нет «отсебятины» — доказательная медицина, четкие протоколы. По оснащению больниц большой разницы я не заметил.

Большая нагрузка ложится на семейных докторов — это очень тяжелая специализация, на которую нужно долго учиться и быть подкованным во всех сферах, от педиатрии до кардиологии. Каждый житель Израиля выбирает себе семейного врача. Без него нельзя попасть на прием ко многим другим врачам, только по направлению. Врач решает, какая диагностика необходима пациенту. Я начинал как семейный врач в клинике «Клалит», сейчас также продолжаю эту практику, но уже в частном порядке.

Сейчас я работаю в отделении анестезиологии, реанимации и лечения боли в многопрофильном медкомплексе в Тель-Авиве. А еще являюсь врачом международных и внутренних турниров ММА в Израиле, то есть оказываю помощь бойцам прямо во время соревнований.

Работы у врачей в Израиле много. Чаще всего на работе приходится задерживаться и работать с 6 утра до 10 вечера. Работа врачом тут мне нравится — она динамичная, но тяжелая, и времени на семью очень часто не остается. Зато зарплаты хорошие: если особо не напрягаться, можно зарабатывать от 10 тысяч долларов в месяц. Но чем больше работаешь, тем выше зарплата.

Елизавета Павленко, Денвер (Колорадо), США

— Я живу в США и работаю медсестрой в реанимации, а в Красноярске я была помощником режиссера. Переехала в США, будучи студенткой, за лучшей жизнью. Поняла, что в своей сфере без знания культуры и языка мне делать нечего, начала учить профильные предметы, а про себя думала, что пойду учиться на доктора. Получить высшее медицинское образование можно лишь после «вышки» в иной сфере: надо взять еще кучу специальных предметов вроде анатомии, биохимии и физики до поступления, а потом еще и сдать профильные экзамены на высокий балл по этим предметам. А еще желательно волонтерить в госпитале, отличаться особыми талантами и тугим кошельком родителей, так как в среднем обучение на доктора стоит 100–200 тысяч долларов. В обучение не входит проживание и питание, поэтому сумму можно смело умножать на два. Когда осознание собственной финансовой несостоятельности обрело видимые границы, я начала думать, что же я могу сделать, чтобы и спасать людей, и получать зарплату. Поэтому и выбрала отправительную точку в профессии медсестры.

Образование можно получить за два года. Уже работая, стать сначала бакалавром, а потом через 4 года доктором наук и иметь при этом достойную зарплату. Я начала учиться в колледже, учебная программа обошлась мне в 3 тысячи долларов, что смешно по сравнению с тем, сколько я заплатила потом за год, чтобы стать бакалавром. На тот момент я уже работала, а после бакалаврской степени на меня обрушились предложения из разных уголков страны: из Сиэтла, Нью-Йорка и Денвера. Я выбрала Денвер. Этот город чем-то похож на Красноярск: горы, зима, лыжи. Тут выбор стоял среди 11 госпиталей, я выбрала самый престижный и переехала. Обосновавшись, я также прошла нехилый конкурс, чтобы поступить на докторскую программу, где учусь сейчас, совмещая это с работой.

Самая большая разница между Россией и США в том, что в России медицина регулируется государством, в США же такого нет — бесплатно она доступна лишь пожилым, очень бедным и людям с ограниченными возможностями, ну и ветеранам, которые когда-либо служили. Трудоспособное население должно покупать страховку. Не могу передать, как это меня раздражает: умереть никому не дадут, но после этого выставят такой счет, что самому захочется помереть.

Медицина в США настолько далеко ушла вперед от российской, что даже сравнивать сложно. Скажем, подходы к лечению боли очень разные: в РФ доктора боятся прописывать опиоидные препараты для облегчения болей, здесь же ведется учет этих лекарственных средств, но каждый, кто в них нуждается, получает достаточное количество. Не видела такого, чтобы раковый больной умирал от боли, они скорее умрут от остановки дыхания, так как опиоидные препараты снижают активность легких. Также практически все госпитали в Америке перешли на приватные комнаты: например, в родильных отделениях врач приходит на роды в палату, а не роженицу доставляют в другой кабинет. Никто не заставит пациента приносить свои шприцы, перевязочные материалы, никто не хамит. Уровень сострадания к пациентам высокий и искренний.

Говорят, что медицина в США — это бизнес, но я считаю, что это везде бизнес. Тут он ведется страховыми конторами, и я не знаю, как это работает, так как моя работа не связана с ценами.

Работать в медицине в США очень престижно: все знают, что учиться на врача долго и сложно, причем и на доктора, и на медсестру. Я проучилась 5 лет, чтоб стать бакалавром, а еще 6 лет буду учиться, чтоб стать доктором. Медсестра в год зарабатывает от 50 тысяч до 120 тысяч долларов в год, врачи — от 120 тысяч до бесконечности.

Все американские сериалы про врачей не отражают действительность, потому что они представляют собой набор клише. Мы иногда устраиваем марафоны Grey's Anatomy и ржем. Скажем, там у человека нет пульса, ЭКГ показывает сплошную линию, а потом кто-нибудь берет дефибриллятор и дает разряд. И мертвое тело вдруг оживает и даже может говорить, а в жизни так не бывает. Если подумать, наше сердце — это электропроводник, и без остаточного разряда оно не начнет вдруг биться оттого, что в него зарядили 300 джоулей.

А как в сериалах делают искусственный массаж сердца — мама дорогая! Нужно так: если вы нашли человека без сознания и не в силах нащупать пульс (в паху или на сонной артерии): сцепите рука в руку и положите руки чуть выше солнечного сплетения. И начинайте «качать». Нужно встать на колени с одной стороны от пациента и на вытянутых руках отталкивать/погружать руки на глубину 5 см для взрослого, 3 см для ребенка. Ритм должен быть 100–110 ударов в минуту. 30 качаний — передых на искусственное дыхание. Искусственное дыхание делается только через маску. Если маски нет, то можно проверить пульс. Пульса нет — продолжаем качать по две минуты до следующей проверки пульса. И да, в 80 процентах кости грудной клетки ломаются под давлением. Но это ничто по сравнению с потерянной жизнью.

Поделиться:

Поделиться:

Количество просмотров: 424
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Система Orphus
Иллюстрация:
Истории красноярских медиков, переехавших в Израиль и США, Красноярск